Много лет гонялся за хорошим изданием Брейгеля, но каждый раз приходилось ограничиваться каким-либо компромиссным вариантом. Наконец, книга сама догнала меня. Я её обнаружил на книжной ярмарке платоновского фестиваля в Воронеже. Мои эмоции нельзя точно описать в эмоциональных терминах, поэтому постараюсь держать себя в руках.

У меня имеются очень хорошие книги издательства "Taschen", но эта превозошла все ожидания. Сначала о полиграфии. Книга очень большого формата (практически in Folio); на первом изображении я положил рядом книгу формата стандартного учебника. Весит книга килограммов пять. Переплёт фундаментальный, книга будет служить как угодно долго. Печать текста и иллюстраций очень хорошего качества.

Книга мне стоила меньше 8 тысяч рублей, но теперь, зная о ней всё, я бы потратил и больше.

Книга содержит полную коллекцию произведений Питера Брейгеля Старшего. Они здесь тщательно классифицированы и подробно описаны. На изображениях я показал названия нескольких разделов. Шрифт комментариев несколько мелковат, но, мне кажется, это можно понять. Как-то вы этот шрифе одолеете, а затем он перестанет быть для вас важным. И тогда вы перестанете его замечать. Мне кажется, авторы комментариев, Юрген Мюллер и Томас Шауэрт, или догадались сами, или им подсказали дизайнеры, как бы то ни было, стремились максимизировать площадь, занятую иллюстрациями, сделать больше присутствия Брейгеля и меньше - себя. Мне это понравилось.

В книге имеется несколько разворачивающихся (на четыре ширины книги) иллюстраций. Мне не удалось их качественно сфотографировать, поэтому я решил их не выкладывать.

К сожалению, о жизни Брейгеля мало что известно; о нём не писали ни его современники, ни он сам. На втором изображении его автопортрет, но уверенности в этом нет. На третьем изображении посмертный потрет. В значительной степени его автобиография - это его картины, но эту автобиографию нужно уметь прочесть. Некоторые считают, что он вёл довольно беспорядочный образ жизни, а исповедался перед собой и другими своими картинами, на которых бичевал том числе и свои пороки. Лично мне нравится менее интересная трактовка, согласно которой Брейгель - хороший парень, который и сам был хорош и других стремился улучшить.

Но у Брейгеля можно найти не только нравоучительные картины. Многих завораживают его зимние пейзажи. Интересно, что по прошествии большого числа прожитых лет мои детские впечатления о них не изменились совсем.

Брейгель существует вне времени, а потому вечен!

Я рекомендую эту книгу не только потому, что она очень хороша. Учитывая "особую любовь" к нам Запада, подобные книги будут всё реже проникать к нам. Книга написана на английском языке, но изобразительная часть написана всем понятным языком и имеет сильно больший удельный вес в сравнении с текстом. Вы уже догадались, что я делаю всё от меня зависящее, чтобы спровоцировать вас на растрату денег. Себя я обычно убеждаю в правильности решения сравнив цену книги с ценой бутылки хорошего виски; вы всегда подберёте бутылку той же цены, что и книга. А потом говорю себе: "Ну, и на кой ляд дались тебе эти виски?" Есть у меня ещё целый арсенал таких методов.

Покупайте, не пожалеете! Скрыть

Когда-то в СССР Воннегут был культовым писателем. Вы могли прослыть невеждой, если не читали бойни номер пять. Его охотно и много переводили на русский, может быть, отчасти из-за его левых взглядов.

Этот томик (издание серийное) я купил из-за бойни номер пять. Воннегут, как говорится, на собственной шкуре испытал то, о чем пишет. Он находился в плену у немцев, выжил при бомбардировке Дрездена. Так что пишет о войне со знанием дела. Данный том дает хорошее представление о творчестве Воннегута в целом.

В полиграфическом отношении издание выполнено очень приличном уровне. Отпечатано на хорошей, почти не просвечивающей бумаге. Печать четкая, удобно читается. Оформлено со вкусом. Правда, я бы сделал буквы на корешке помельче.

Для Воннегута издание оптимальное по качеству. С трудом представляю себе подарочное его издание. Скрыть

Немного обосную ответственное заявление, сделанное в самом начале предыдущего отзыва. И.С. Поступальский в своей статье о творчестве Эредиа пишет, что поэт довёл эту стихотворную форму - сонет - до совершенства титаническим трудом. Он пишет, что отдельно взятый сонет, зачастую, отделывался поэтом в течение нескольких месяцев. В результате, в этих четырнадцати строках, поэту удавалось создать картину столь объёмную, что она воспринимается уже как поэма.

Поль Верлен писал (цитирую по статье Поступальского):
"Все писатели эпохи Возрождения до самого отдалённого потомства прибегали к сонету, который вновь восторжествовал у нас в 1830 г. и нашёл в лице Жозе-Мариа де Эреди, в этом испанце, так удивительно усвоившим себе язык и миросозерцание француза, своего специального поэта... Он бесспорно занял место царя сонетов, причём это сделалось само собою, как сами по себе пришли к нему и, вполне заслуженные им, почести."

Я не сотанавливаюсь на описании полиграфических особенностей книги (ранее я делал это в отзыве на книгу стихов Беранже из этой же серии). Скажу только, что она - полиграфия - выше всяких похвал. На мой взгляд, цена книги соответствует её реальной ценности.

В данном отзыве я выкладываю гравюры Жоржа Рошгросса, выполненные по акварелям Анри Теодора Мальтеста. Именно они склонили меня к окончательному решению о приобретении данного издания. К сожалению, мне не удалось сделать качественные фотографии. Более качественные изображения можно найти на сайте издательства (правда, там их маловато).

Книга украсит и облагородит библиотеку каждого, кто примет осознанное решение о её покупке. А мне останется только порадоваться за такого библиофила. Скрыть

Писать что-то напоминающее критический анализ на тексты Введенского - задача неподъёмная. Если признать эти тексты абсурдными, то и критика должна напоминать абсурд (иначе окажешься недостойным автора). Лучший способ описать помидор - это показать его.

Попыткой такого анализа - недостаточно абсурдного, - на мой взгляд, можно считать послесловие, написанное А. Герасимовой. Вот выдержки:

1. Введенского не с кем сравнивать, не с кем поставить рядом.
2. Писать о Введенском одновременно очень просто и очень сложно.

Вот и не надо сравнивать и не надо писать. Лучше показать его тексты. А мы будем его понимать так, как нам заблагорассудится. Есть такой художник - Мориц Эшер, который, помимо прочего, изображал невозможные объекты, которые локально выглядели вполне себе возможно. Например, вода течёт у него вниз, как полагается, а оказывается в том месте, из которого она проистекла. Лично я так и воспринимаю тексты Введенского. Правда, это работает не всегда. Есть нечто подобное и у Хармса (но есть и нечто совсем не то). Они, наверное, как-то влияли друг на друга, но кто больше - сказать нельзя.

Иными словами, я выхватываю фрагменты, а произведение в целом рассматриваю как совокупность этих фрагментов. Читаете себе читаете и, обнаруживаете какую-нибудь "глупость" вроде "у птиц нет локтей". И теперь эта "глупость" будет меня преследовать всю жизнь. Она теперь существует независимо от контекста, в котором я её обнаружил. А таких "глупостей" здесь полно. Как вы думаете, что важнее при ходьбе - локти или ноги? А в густой толпе?

Я согласен с А. Герасимовой, что читать эту книгу нужно с конца. К этому я пришёл методом тыка. Попробовал начало, потом - конец, а потом - середину, после чего снова зашёл в конец и дал задний ход. Так легче; спускаться с вершины всегда легче. В последних его произведениях логика становится более линейной, что несколько упрощает задачу понимания.

Смерть застала Введенского в процессе восхождения. До каких высот он мог бы добраться - сказать трудно.

Часто приходится слышать, что статистика репрессий тридцатых годов не так уж пугающа. Но если, например, взять ОБЭРИУтов, то получается ужасная картина. А если добавить поэтов, близких к этому кругу, то кажется, что это было тотальное уничтожение.

Книгу считаю очень ценной. Как и в случае Олейникова считаю, что лучшего издания Введенского, скорее всего, уже не будет.

Книга великолепна в полиграфическом отношении. Художественное оформление (включая иллюстрации) очень уместно. Настоятельно советую её приобрести всем поклонникам творчества ОБЭРИУтов. Скрыть

Разумеется, лучше бессмертного "Декамерона" Джованни Бокаччо в этом жанре ничего не будет создано, но подражания никто не запрещал. И среди них были вполне приличные. Лично мне нравится книжечка Страпароллы "Приятные ночи", изданная в "Литературных памятниках" (издавалась дважды; у меня первое, на мой взгляд, более полиграфически качественное издание) - её я ставлю на первое место среди подражателей, а данную книгу, принадлежащую перу очень умной и красивой женщины, - Маргариты Наваррской, - на второе.

Но я её купил. Это потому, что я являюсь коллекционером (а может, ум и красота Маргариты добавили мне решимости), а вы, возможно, просто хотите познакомиться с каким-нибудь произведением этого жанра. Если так, то берите "Декамерон" в серии "Фамильная библиотека. Парадный зал", или возьмите вполне приличное издание от СЗКЭО.

Справедливости ради скажу, что я читал это произведение с интересом. Здесь очень хороший перевод; самый лучший. Художественное оформление роскошно. Эта книга самая что ни наесть будуарская, а потому логично её издание в этой серии. Мне не вполне нравятся иллюстрации Бека, когда они появляются там, где их не ждёшь, а здесь они очень к месту.

Если бы у меня не были в этой серии любимцы (абсолютным фаворитом является "Таис" Анатоля Франса), то я может быть с большей нежностью отнёсся к этой книге и рекомендовал бы её к покупке с абсолютной уверенностью. А пока могу лишь просто рекомендовать её к покупке, если не присмотрели что-либо более достойное в этой серии. Если интересно, я могу выложить свой рейтинг:

1. "Таис" Анатоля Франса
2. "Встречи господина де Брео" Анри де Ренье
3. "Урок любви в парке" Буалёва (но здесь бы я поместил несколько книг; например, обе книги Готье, "Афородиту" Пьера Луиса)

И конечно, любая из четырёх книг Вольтера, изданных в этой серии (вне конкурса, поскольку я не считаю их принадлежащими к данной серии) также рекомендуется к приобретению.

Есть ещё двухтомник - «Книга маркизы», иллюстрированный Сомовым, но я не могу его купить, поскольку на дух не выношу его переводчика. Я наложил на него эпитимью и строго следую этому моему решению. Скрыть